Скурлатов Алексей Иванович (30.03.1922–03.11.2013)

Участник Великой Отечественной войны, прототип памятника советскому солдату в болгарском Пловдиве

Будущий участник Великой Отечественной войны, разведчик и связист, кавалер двух орденов Красной Звезды и многих других наград родился в с. Налобиха Косихинского района Алтайской губернии в простой деревенской семье, третьим из сыновей. Вспоминает: «Летом и осенью с утра до ночи в поле. Работы не боялся. Помню, три мешка на хребте носил: по одному на плечо и ещё на спину. И ничего – не переломился».

Сельский парень попал в армию в 1941-м, в 19 лет. Был зачислен в лыжный сибирский батальон в качестве разведчика. «Я, честно скажу, плохо уже помню подробности: только шум какой-то, туман в голове и… плакать хочется, плакать как ребенку. Там у меня в грудине «немец» сидит. Осколок у сердца. Врач почему-то не стал его вырезать. А он, «фашист», нет-нет да заболит. Напоминает мне про войну… Многие бойцы на лыжи встали впервые. А переходы были по 90 километров за ночь. И сразу в атаку. Такое, наверное, кроме сибиряков, никто бы не сдюжил».

О боевом крещении нашего героя, принятом 5 декабря 1941 г. в сорока километрах от Москвы, рассказывает советская песня «У деревни Крюково»: «немало под страшною ношей легло безымян­ных парней»… А Алексей попал тогда в госпиталь. После лечения он получил направление в отделение раз­ведки 234-го артиллерийского полка 188-й стрелковой дивизии. Командир отделения, сержант Скурлатов и еще четверо рядовых изучали места будущих сражений, засекали огневые вражеские точки, наносили их на карту. По отмеченным ими ориентирам впо­следствии производился артобстрел противника. Пятеро отважных смельчаков постоянно доставляли «языков» из-за линии фронта. Однажды, пересекая дорогу с захваченным немцем, нарвались на вражескую колонну. Один из бойцов вызвал огонь на себя, чтобы товарищи доставили «языка», а сам после яростной свинцовой пурги остался лежать у этой дороги.

Горькие минуты потерь дорогих друзей, однополчан сопрово­ждали воина Скурлатова все долгие годы войны. Один француз­ский писатель сказал о таких героях: «Вторую мировую выигра­ла русская кровь». В военной биографии Скурлатова немало драматических сюжетов. Два раза победил на фронте смерть русский богатырь Алексей Иванович Скурлатов. В 1942 г. в родную Налобиху пришла на него похоронка. Оплакали Алексея мать Мария Александровна и сестры Елена и Анна. А тут письмо: «Маманя, я живой!» «Меня в руку ранило, и надо было идти в санбат. Днем нельзя – немцы с самолетов расстреливают. Даже по собакам из озорства стреляли. И, раненые, мы пробирались ночами по реке трое суток. Пришли, а нас уже похоронили», – вспоминал ветеран.

И ещё раз война хоронила Алексея Ивановича: «Вторая «похоронка» пришла после боя под Ленинградом. Меня разорвавшимся снарядом засыпало землей так, что видны были лишь голова и рука. Пролежал в этой «могиле», наверное, сутки. А потом пробегавшая мимо медсестра увидела вдруг, что глаза у солдатика моргают! Вот так меня и вытащила». Несколько месяцев провел в госпиталях, а мать, Анна Никаноровна, получив две похоронки на сына, рыдала, ни на секунду не забывая последнего сыночка. Ведь двое других погибли еще раньше: Иван – в Финскую, Егор – в Японскую. А позже, получая письма из госпиталей от раненого или контуженого сына, опять рыдала, но уже от радости, от счастья.

8 сентября 1944 г. полк пересекал Румыно-Болгарскую границу. Советских солдат болгары осыпали цветами, подавали им блюда с фруктами, вино, их славили, им дарили улыбки счастья и любви. Служба во взводе управления и связи дивизии познакомила Алексея Ивановича с болгарским солдатом Методи Витановым, который хорошо знал расположение подземных и воздушных коммуникаций связи. Вместе восстанавливали связь между двумя болгарскими городами – Софией и Пловдивом, вместе отдыхали. Методи восхищался богатырской силой Алёши, который танцевал, кружа на своих плечах друзей Мишу и Ваню. По воспоминаниям болгарца «Алёша был рослый, плечистый, с русым чубом, чистыми синими глазами, весельчак»…

В 1957 г. в Пловдиве решили поставить памятник советскому солдату. Почему болгарский Алёша – вылитый

Памятник советскому солдату

Скурлатов в молодости, сейчас уже точно никто не вспомнит. Может, скульптор видел, как Алексей катает на себе болгар? В общем, 17-метровая статуя оказалась похожа на Алексея Ивановича так сильно, что его болгарский друг Методи Витанов однажды написал на постаменте: «Альоша». Написано было мелом, а из души не стерлось – с тех пор каменного воина никто иначе не зовет.

Историю о том, как в 1970-е гг. Витанов решил найти русского друга, знает каждый в Болгарии. В марте 1974 г. он через журнал «Огонёк» обратился к советским воинам-связистам, помогавшим болгарам восстанавливать телефонную связь между Пловдивом и Софией, рассказал историю памятника Советской армии в Пловдиве, объяснил, почему памятнику дано имя «Алёша», и просил откликнуться советского солдата, с которым его свела война.

В 1980 г. в доме отдыха алтайского города-курорта Белокурихи судьба свела учителя из Свердловска Л. Голубева и рабочего Овчинниковского ремзавода А. Усольцева, коллегу Скурлатова. Так совпало, что по телевизору «запели» песню «Алёша». Голубев сказал Усольцеву, что давно ищет героя этой песни, на что Усольцев ответил: «Я работаю вместе с фронтовиком, который считает себя этим самым Алёшей». Вскоре Голубев списался со Скурлатовым, попросил его фотографию и переслал ее в Болгарию. В ответ Витанов написал: «Я нашел тебя, Алёша!» В итоге, в 1982 г. Алексей Иванович поехал в гости к болгарам. «Встречали как министра, – посмеивается Скурлатов. – В Пловдиве вся площадь была запружена людьми, хор пел песню. Мне сказали, что я – символ дружбы двух народов. Ну, символ, так символ». Встретились бывшие связисты, болгарин и русский, через 38 лет, после долгих поисков Алёши, ор­ганизованных Методи и красными следопытами одной из школ города Свердловска под руководством учителя Голубева. Со слезами на глазах стояли они, уже седеющие, у величественного монумента – пловдивского памятника советскому воину-освободителю «Альоша». И где бы ни встречали Алексея Ивановича болгары, там непременно звучала песня Эдуарда Колмановского на стихи Константина Ваншенкина «Алёша» – «песня-раздумье, песня-баллада», по словам композитора.

Горожане улицами выходили смотреть на русского ветерана. Его путь к «каменному Алёше» забрасывали розами. Скурлатов стал почетным гражданином болгарского Пловдива. Сила любви и уважения была такова, что спустя годы, когда местные политики попытались снести памятник, именно жители Пловдива отстояли «Алёшу». В прямом смысле: когда один из политиков предложил снести памятник как наследие коммунистов, горожане установили на горе Бунарджик круглосуточные дежурства. И народ победил: памятник Алёше в Пловдиве находится в отличном состоянии. Тысячи граждан до сих пор приходят к нему в день освобождения Болгарии от фашистских захватчиков и приносят цветы.

Дочь фронтовика, Нелли Алекссевна, в 2007 г. побывала в Болгарии: «приглашали отца, но он не решился поехать – здоровье не то. Но до сих пор по вечерам просит меня рассказать об этой поездке, видимо, скучает… Нас возили на кладбище, где похоронены советские воины. Болгары очень гордятся тем, что «ни одна болгарская пуля не ранила ни одного русского солдата». А на кладбище похоронены только те, кто умер в госпиталях, получив ранение до вступления Советской армии на территорию Болгарии. Могилы все ухожены, с надписями, у каждой плиты цветы. К ним приставлен специальный человек. Перед отъездом, уже в Софии, всей алтайской группой мы возложили две корзины цветов к монументу Советской армии в честь павших. До сих пор консул Болгарии каждое 9 Мая звонит нам в Налобиху и поздравляет папу».

Но не только в Болгарии гордятся Алёшей – любят и уважают его на Алтае. В 2010 г. семья Скурлатовых переехала в новый большой дом, легендарного земляка лично навещал губернатор Александр Богданович Карлин. В новой школе в с. Налобиха, построенной по Губернаторской программе «75×75», создан «Музей Солдата Великой войны» – музей Алёши. Несколько лет назад шефство над «человеком-памятником» взяли ребята из военно-патриотического клуба «Русские витязи».

А. И. Скурлатов

…На фронте Алексей достойно выполнил свой воинский долг, защищая Родину, служил в разных родах войск. И в мирное время сеял, пахал, убирал урожай, готовил сельхозтехнику к работе на полях, руководил цехом на Овчинниковском мотороремонтном заводе, был экспедитором, словом, он всегда там, где необходимы были его опыт, навыки, знания, смекалка, богатырская сила. К боевым наградам ветерана – медали «За доблесть и отвагу в Великой Отечественной войне», орденам Красной Звезды и Великой Отечественной войны – в мирное время добавились трудовые: медали «За трудовую доблесть», «За освоение целинных и залежных земель», грамота Министерства сельского хозяйства, награды местного значения.

Его продолжение – дочь, внуки – Андрей и Татьяна, правнуки – Настя и Маша, Алёша, Арсентий. Подрастая, младшее поколение изучает свое родовое древо, гордится своим легендарным прадедом, а песня «Алёша» стала семейным гимном.

В день 90-летнего юбилея А. И. Скурлатов был награжден самой высшей наградой родного края – орденом «За заслуги перед Алтайским краем» I-й степени.

Алексей Иванович Скурлатов ушел из жизни 3 ноября 2013 г.